В последнее время стало модным переписывать историю, умалять значения подвигов героев, разрушать то, что еще несколько веков или даже десятилетий было достоянием страны. Почти по всему бывшему Союзу снесли памятники Ленину и Сталину, в Эстонии перенесли памятник Советскому Солдату, а в Грузии взорвали мемориальный комплекс. Разрушая памятники, правительства пытается стереть у народа память, создать в сознании людей новую, идеологически правильную историю. В соседней Молдове 17 лет на полке пролежал Регистр памятников.

 

 А в это время национальные достояния приватизировали, продавали, перестраивали. За 20 лет суверенной Молдовы только в Кишиневе под попустительством коррумпированных чиновников уничтожено 80 и перестроено еще 150 исторических зданий. В списке «черных риэлторов» оказался и дом-музей Пушкина. Здесь великий классик написал поэмы «Цыгане» и «Бахчисарайский фонтан».

 

Именно в этом доме Александр Пушкин прожил 4 года, которые потом назовут «Бессарабским периодом». 21 сентября 1820 года. Раздражающий власти вольнодумец, будущее «солнце русской поэзии», уже распознанный своими учителями как истинный гений – юный Пушкин прибывает из российской столицы в Богом забытую Бессарабию. Первым молдавским кровом поэта стал этот крохотный домик, тогда – лучшая гостиница еще далеко не европейского, но уже и не турецкого Кишинева.

 

Александра Стаканова, директор Дома-музея А.С.Пушкина г. Кишинев: «Принадлежал он русскому купцу, чиновнику квартирной комиссии по делам приезжающих русских офицеров и чиновников Ивану Николаевичу Наумову. Сам купец в доме не жил – сдавал внаем. Вот в этом домике поселился Пушкин со своим дядькой Никитой Козловым, прибыв в Бессарабию, в Кишинев 21 сентября 1820 года».

В темных комнатках, словно и поныне, витает дух поэта. Кажется, он только привстал из-за стола, где поверял мысли и чувства кожаной «масонской тетради». Отдыхает притомившееся перо. И пристально взирает с портрета пожизненный кумир гения – вечный романтик Байрон. Недаром пушкинский домик называют «светской обителью», подразумевая, что это место священно для каждого, кто считает себя человеком не просто разумным, но культурным. Ведь здесь рождалось Вечное. Здесь поэт писал стихотворное обращение к почившему римскому классику, а разум его уже занимали черновики новых, «южных» поэм. «Кавказский пленник», «Бахчисарайский фонтан», «Братья-разбойники» воплотились в строки именно в Кишиневе. Как и знаменитейшая, до сих пор перепеваемая на все лады «Молдавская песня», она же – «Черная шаль».

Александра Стаканова, директор Дома-музея А.С.Пушкина г. Кишинев: «Особенно любили исполнять этот романс в Большом Театре. Рассказывали, что зрители по нескольку раз вызывали артистов. Знаменитое стихотворение, в котором есть очень много фольклорных ноток, и о котором до сих пор фольклористы спорят, к какому фольклору принадлежит это стихотворение: «Гляжу, как безумный, на черную шаль, и хладную душу терзает печаль. Когда легковерен и молод я был, младую гречанку я страстно любил…».

 

Нигилистская «Гаврилиада», романтические «Цыганы» и даже первые главы «Евгения Онегина» – вот, что такое Пушкин в Кишиневе. А вот чем Кишинев, а точнее – власть и злато имущие его обитатели, отплатили.
Когда-то за этими стенами чуткий поэтический слух внимал ангельскому голосу нисходящей к нему музы. Теперь здесь все больше слышен шум тяжелой строительной техники. Сквозь такой аккомпанемент ангелов не услыхать. Да и какая муза выдержит такое соседство?

Укрывшаяся от интеллигентного соседа за глухим железным забором стройка грозит похоронить хрупкую музу под обломками пушкинского домика. Кто позволил вбивать сваи и тревожить оползающую землю даже не в допустимых ста – в шести метрах от уникального культурно-исторического комплекса? Найти ответ на этот вопрос работники музея уже и не пытаются. Для них жизненно важно одно – сохранить памятник для современников и потомков.

Александра Стаканова, директор Дома-музея А.С.Пушкина г. Кишинев: «Домик, который был найден после ВОВ в 1944 году, стоял он без окон, без дверей, без крыши, в полуразрушенном Кишиневе. Трава росла выше самих стен. В настоящее время по архитектуре – это единственный сохранившийся подлинный домик в мире. Подобный дом был в Михайловском, но фашисты его сожгли: там проходила знаменитая «Тигровая линия», потом его восстановили. А вот наш домик время сберегло».

Время пощадило, а современники готовы погубить. Впрочем, не так: современники – те, у кого есть ум, честь и совесть, а таких, как уверяют сотрудники музея, большинство – за домик горой. Им нужен их Пушкин. Они звонят и приходят, со слезами говорят, что эти злосчастные трещины проходят не по фундаменту и стенам – по их сердцам. Музейная книга отзывов пополняется почти каждый день. Тут – записи на разных языках мира. И от сердца, от души: «Сохраните это бесценное богатство!» Только те, кто бездумно рушит святыни, пока глухи.

Александра Стаканова, директор Дома-музея А.С.Пушкина г. Кишинев: «Сознание делового мира еще очень далеко от понимания совершенства и понимания того, что если мы разрушим наше прошлое, у нас будущего не будет. Как говорил Пушкин, «дикость, подлость и невежество пресмыкаются перед одним настоящим, не уважая прошедшего».

Для посетителей музея, для ценящих и любящих поэта Пушкин - не прошлое. Он – вечное. Сюда приходят люди. Несут свои рисунки дети. Здесь под сенью гения живет история, тонко звучит лира. Это – особая страна, и ее граждане не хотят ее терять.

Александра Стаканова, директор Дома-музея А.С.Пушкина г. Кишинев: «Начиная с пяти – шести, даже с одного годика, здесь все бывают. Потому что музей проводит в год свыше 350 литературно-музыкальных программ, множество лекций, экскурсий, встреч. И все это необходимо».

Необходимо, но, к сожалению, видно не всем. Узкая мощеная улочка, словно непроходимой границей разделила два мира. Станет ли она когда-нибудь связующим мостиком? Люди совести надеются, что да.

Александра Стаканова, директор Дома-музея А.С.Пушкина г. Кишинев: «К сожалению, в Кишиневе очень многие разрушены здания, памятники за это время – не только за эти четыре года, а вообще за эти 20 лет. Сумеем ли мы отстоять это? Это будет зависеть от тех структур, которые за это отвечают. И, в общем-то, это останется на их совести».

Корреспондент: Наталия Кожухарь